Длинношеее

Диво дивное, чудо чудное (о трех головах), щенячий восторг и собачья радость, повод забыться и увидеть старых друзей, полный техосмотр внутреннего мира и сход-развал сознания – всё это про концерт австралийского коллектива The Necks. И я там был, мёд-пиво не пил, но по голове попало так, что не отойду никак от сих до сих пор.

Долго подбирал музыкально-стилистические определения для описания происходящего на сцене во время выступления бла бла бла бла, словом, это не совсем минимализм, вовсе не фри-джаз и чуточку только авангард, хотя признаки и того, и другого, и третьего наличествуют – и тут всплыло словцо несколько из другой оперы, зато точнёхонькое. Шаманизм.

…и вот ты приходишь в уютный ДОМзал, и сразу же кто-то хлопает тебя по правому плечу, а ты по привычке оглядываешься – не плюешь! – через левое, и впрямь – там твой друг, которого не видел 6 лет, а последний раз – на этом же месте, на предыдущем московском концерте The Necks, и приятный ритуал этот повторяется вновь и вновь. Виртуальная афиша выступления австралийцев выковыряла плотно засевших в заскорузлых своих норах экс-завсегдатаев ДОМоподобных заведений – и где же нам еще увидеться, как не здесь?!.

…и вот расселись. Приготовились. Партер уж полон, ложи не блещут остроумием, но к выходу музыкантов (который предваряет краткая лекция конферансье о вреде курения, алкоголя и мобильной связи) чинно замолкают. Тони Бак (ударные, перкуссия), Крис Эбрахам (черный рояль), Ллойд Суонтон (странный, худощавый контрабас) – с виду люди как люди, скромные, с проседью или пролысинкой, немного усталые. Перед прыжком – затяжным, в среднем на час – сосредотачиваются, закрывают глаза или мнут суставы тонких пальцев, вздыхают. И…

…Крис не говорит «поехали!», не взмахивает рукой, а бережно, робко даже кладёт её на черно-белый клавиш и начинает вышивать, заполнять пустое пространство вязью звуков, сперва редких, непостоянных, потом всё более полновесных, основательных, приметных. Тони присоединяется – сегодня он, помимо ударной установки, оснащен бубенчиками, погремушками, колокольцами – и потому ритм сегодня необычный, насыщенный звоном среднерусских часовен, гулом буддистских поющих чаш, бряканьем деревянных ожерелий на шеях танцующих африканок. Последним вступает Ллойд – его бас дополняет сегодняшнюю ДОМотканую звуковую материю, заполняет её до конца стежками-щипками или склеивает тягучим пеньем смычка…

…уже на пятой минуте (рекорд! – на лучших концертах это бывает ближе к концу, на остальных не бывает вовсе) неминуемо хочется закрыть глаза – жажда визуальных впечатлений безропотно уступает идущему изнутри желанию слиться с потоком, зовущим со сцены. Вслед за глазами отключается разум – он здесь более не нужен, воспринимать происходящее начинает непосредственно тело. Не то чтобы мысли больше не возникали – они еще есть, болтаются в своей пустоте, фиксируют события, называют их знакомыми словами – но всё это совершенно независимо и на отдалении от собственно взаимодействия с музыкой. Вишь ты! – подмечает ум, – что ж это деется: тулово раскачивается, руки-ноги отстукивают несовпадающие ритмические рисунки, всё вибрирует и купается в лучах предзакатного солнца – батюшки, о чём бишь это я?..

…к получасу выступления годами создаваемая внутренняя империя окончательно смывается волнами, порождаемыми клавишными бурями рояля, прямо в океан звука, его могучее дыхание, его приливы и отливы заполняют тебя без остатка, и вот ты уже дышишь вместе с ним, медленно и глубоко, а параллельно живут более мелкие пульсации – одна исходит от контрабаса, другая от большого барабана, третья от малого, еще несколько звенят с тарелками, хэтами и прочими медными аксессуарами, и каждая из них как простое число – не делится на другую без остатка, и как-то от всего этого становится так хорошо, что на следующие полчаса ты превращаешься в идеального пациента какого-нибудь, допустим, восточного медицинского центра или массажного салона – пока твоё тело разбирают по винтикам, пропесочивают и вытряхивают, выбивают и полощут, словом, прочищают от носоглотки и селезёнки до муладхары и анахаты, твой внутренний диалог либо благоговейно затыкается (при умении его затыкать), либо ведет себя словно бесноватый, вперемешку перебирая превосходные эпитеты для возможной статьи о вечере или размышляя, когда лучше забрать белье из прачечной и во сколько завтра футбол…

…рано или поздно даже композиции группы The Necks заканчиваются – человеческий ресурс небезграничен! – буря стихает, волны уже плещутся у ног, как ручные, пора возвращаться – нот становится всё меньше, музыкальное пространство всё разреженнее и вот, наконец, остаётся только одинокий стук барабана и – как странно, почему он стучит внутри меня? – ты понимаешь, что он совпадает со стуком твоего сердца – и это, пожалуй, главное чудо, главное впечатление от вечера, потому что такого с тобой еще не было. Музыканты встают, кланяются, зал рукоплещет, завывает, кричит «браво» - всё как всегда, но насколько же всё иначе…

…а дальше был антракт, обмен свежими впечатлениями – всё правильно, твои восторги разделяют далеко не все, степень открытости той или иной форме музыки и искусства в целом у каждого индивидуальна, но всё же, всё же… потом было и второе отделение, неожиданное – откуда у них ещё силы? – более суровое, более хаотичное и сложное для восприятия – но это, опять же, издержки несовершенства человеческого организма, его усталости… были овации и обещание приехать снова (надеюсь, не придётся ждать еще 6 лет)… была и остаётся благодарность ДОМу за приезд The Necks.

Вот и всё. Ещё одно удивительное переживание осталось в прошлом – но оно с тобой. Порой стоит преодолеть собственную лень и пойти на концерт любимой группы. Ты привык довольствоваться малым – но где-то посреди выступления запоминаешь навсегда это ощущение «здесь и сейчас» и удивляешься – надо же, а я и забыл, что ТАК бывает… До встречи на следующем выступлении The Necks!

Павел Пересветов, специально для jamsession.ru

djkolombo

 Свобода навсегда

Удивительный человек и музыкант, перевернувший представления о фри-джазе, 69-летний житель Нью-Йорка Чарльз Гейл в третий раз посетит Москву. На этот раз в составе трио – вместе с басистом Хиллиардом Грином и барабанщиком Клаусом Кугелем он поднимется на сцену культурного центра ДОМ 20 октября.

Неизвестно, сколько еще Богом отпущено старине Чарльзу играть музыку на этой Земле, но то, что его здесь запомнят надолго – факт. Немногим удается не на словах, а на деле следовать своим принципам, исполнять свою миссию без оглядки на необходимость зарабатывать на комфортную жизнь и уживаться с социумом. На такое способен только очень сильный духом и смелый человек, имеющий в качестве внутреннего стержня Веру. Гейл, афроамериканец с индейской кровью, всю свою жизнь делал только то, что хотел, а хотел того, к чему чувствовал свое предназначение. Только музыка, только джаз, только фри-джаз – и не слепое подражание апологетам стиля, а «свободная черная музыка» в прямом и единственном смысле этого словосочетания. Парень из глубоко верующей семьи вырос на госпеле, играть на любимом тенор-саксофоне и фортепиано учился сам, вдохновляясь, конечно, и Чарли Паркером, и Телониусом Монком, но дальше выплавлял где-то внутри философский камень своего неповторимого стиля самостоятельно. Лишь разменяв четвертый десяток самородок из Баффало делает следующий шаг и едет в Нью-Йорк, где его давно ждут. Ждут борьба за выживание, сквот и улица, где ближайшие 20 лет Чарльз будет ежедневно играть при любой погоде. Первые диски черного уличного саксофониста, такого незаметного в тени статуи Свободы, выходят в 1988 году на шведском лейбле «Silkheart», как скромный подарок к грядущему 50-летию (!) музыканта. Впрочем, все эти факты мало трогают самого Гейла – у него появилась своя дискография (порядка 40 альбомов с его участием), своя крохотная «двушка», где он бывает нечасто, поскольку теперь у него возможность ездить с концертами по разным странам, в том числе и в Россию. Здесь в 2002 студией «Длинные Руки» выпущен его сольный альбом «No Bills», здесь в 2005 на фестивале памяти Николая Дмитриева в ДОМе Чарльз Гейл дал свой сольный концерт. Его получасовая импровизация на черном рояле – лучшее, что произошло в джазе на одной шестой части суши за последние много-много лет. Дай Бог ему здоровья!

АВАНТюра №5

30 и 31 мая в арт-центре ПROEKT_FAБRИКА состоится 5-й международный музыкальный фестиваль AVANT FEST 2008. В числе хэдлайнеров замечены британцы White Rose Movement, американцы Explosions in the Sky и Eluvium, а также россияне Silence Kit.

 Еще лет 5 назад в России инди-рок отсутствовал как класс. «Непорядок!» - подумал Максим Сильва-Вега, в то время арт-директор клуба «16 тонн» (thanx за концерты Tortoise, Mogwai, Lali Puna)... 

dEUS: Второе Пришествие

 Динозавры авангардного рока, зачинщики и поджигатели последней музыкальной культурной революции на заре 90-х, легендарные бельгийцы dEUS вновь выступят в Москве. Единственный концерт в России в рамках концертного тура в поддержку нового альбома Vantage Point (2008) состоится .

 В истории рок-музыки не так уж много команд, оказавших непосредственное влияние на ее развитие. Джентльменский набор преуспевающего рокера – десяток аккордов, сексуальная харизма, расширяющая сознание «аптечка» или алкоголь – редко предоставляют возможность вырваться за пределы этого замкнутого круга. И только у избранных есть эта маленькая деталь, отличающая гениев от остальных людей – божья искра, желание взорвать к чертям скучный окружающий мир, потребность выполнить свою миссию, донести до людей нечто, выходящее за рамки обыденности. dEUS – из их числа.

Милые лжецы

 2 мая в клубе Б2 выступит прелюбопытнейший инди-роковый коллектив Liars (Австралия-США-Германия). «Лжецы» разомнутся на московских зрителях, а потом отправятся в затяжные американские гастроли, где будут на разогреве у самих Radiohead.

 Быстрая походка, взгляд безумный – всклокоченный юноша в белом костюме выбегает на сцену и начинает не петь даже, бормотать, интонируя, довольно бессвязные фразы на английском. Обрамляющие его пара гитаристов самозабвенно предаются шугейзингу, с нечеловеческой скоростью почесывая пузики своих гитар. Брадатый барабанщик на задворках сцены сосредоточенно выбивает пыль из древней барабанной установки. Дойдя до определенной кондиции, вокалист, лицом чем-то похожий на молодого Ника Кейва, отбрасывает микрофон и начинает отплясывать, игриво поводя плечиками, что твоя цыганка Аза. Затем берет гитару и тихим фальцетом поет нечто вполне даже мелодичное, «цыганочка» сменяется легким стриптизом и так далее, градус безумия повышается и постепенно передается присутствующим в зале. Вы находитесь на концерте группы Liars – и за ваше душевное здоровье более никто не отвечает!..

Девушки поют

 Понятие «новая волна», возникшее полвека назад в бразильской музыке (bossa nova) и во французском кино (nouvelle vague), а через 20 лет реанимированное в Англии (new wave), казалось бы, ныне безнадежно устарело. А вот и нет - смешать, но не взбалтывать все вышеупомянутое удалось французам Марку Коллену и Оливье Либо. Их одноименный музыкальный проект Nouvelle Vague выступит в клубе Б1 4 апреля.

 Только во Франции, где совершенно размыта грань между популярной музыкой и авангардом, где родился Серж Гензбур, где шансон (в оригинальном значении этого слова) – это больше чем жизнь, могла возникнуть столь безумная идея - «поженить» пост-панк и лаунж. В 2003 году парижанин Марк Коллен, успешный поп-продюсер и композитор, придумал, как одним выстрелом убить сразу трех упитанных, аппетитных зайцев. 

Александр Сергеевич меняет профессию

 Апрельские «Джазовые четверги с мировыми звездами» в клубе Б1 откроет знаменитый саксофонист Дэвид Мюррей и его Black Saint Quartet. Музыканты представят свою новейшую программу Sacred Ground, посвященную судьбам чернокожего населения США на рубеже XIX-XX веков.

 Я памятник себе воздвиг нерукотворный…

Одна руина

 Барабанщик, вокалист и композитор Татсуя Йошида – одна из главных движущих сил в современной японской авангардной музыке. 23 марта в культурном центре ДОМ состоится его сольный концерт под именем Ruins Alone.

 Удивительное дело – Татсуя Йошида уже в пятый раз приезжает в Москву, и каждый раз в составе разных коллективов. Последний визит был в 2006 году, когда сногсшибательный Painkiller, ведомый самим Джоном Зорном, потряс стены клуба «Апельсин». В 2005 приезжали старые добрые арт-рокеры Samla Mammas Manna, кумиры Йошиды, с которыми он играет последние годы. Была еще парочка полусекретных концертов предводителя SMM Ларса Хольмера в 2002 году почти в том же составе, включая Татсую. Но по настоящему все началось в 2003 году с выступления в ДОМе проекта, по которому Йошида известен лучше всего – Ruins.

Красная, черная, заморская…

 Клуб IKRA с традиционным русским размахом отмечает свое двухлетие – целых три дня лучшие музыканты Европы, России и Америки будут поднимать музыкальные тосты за здравие клуба на улице Казакова, за короткий срок успевшего достичь небывалой популярности. Итак, встречайте: 28 февраля – группа Hushpuppies (Франция), 29 февраля – Леонид Федоров и Владимир Волков, 1 марта – проект Caribou (Канада).

 За что полюбили «Икру»? За отменный вкус? За приличный звук? За немыслимые, кичевые интерьеры, больше всего напоминающие офисы ада? За отсутствие предрассудков у организаторов концертов, приглашавших на одну сцену «Кровосток» и Михаила Боярского, Psychic TV и JJ Йоханссона, Faust и Александра Барда из Army of Lovers? Скорее всего, за совокупность всего этого, которая и создает собственное, неповторимое лицо клуба. Короткая история «Икры» вмещает в себя сотни выступлений, десятки аншлагов, открытий новых звезд и приездов звезд давно открытых. Только здесь была after-party Depeche Mode, только здесь пел бородатый сын Джона Леннона по имени Шон, только здесь куратором работает Дэвид Тибет (Current 93). И это – только начало!..

Рыбка по имени Red Snapper

 Они вернулись! Культовая британская команда Red Snapper, творившая на стыке двух миллениумов, вновь воссоединилась в прежнем составе и вот-вот выпустит новый диск. Большое европейское турне, приуроченное к выходу шестого альбома группы, продолжится концертом в Москве 22 февраля в клубе Б1.

 Для любого меломана с как минимум пятилетним стажем любви к современной музыке имя Red Snapper обладает поистине магнетическим действием. Если произнести его несколько раз подряд, тело само начинает ритмично двигаться, подпрыгивать в такт словам и совершать прочие неконтролируемые разумом действия. В самой его хлесткой, синкопированной фонетике заключается суть скрывающейся за этим названием творческой единицы. Единицы, состоявшей из трех человек – контрабасиста Али Френда, гитариста Дэвида Эйерса и барабанщика Рича Тэйра. К ним присоединялись множество музыкантов, вокалистов, диджеев – но все-таки Red Snapper были и остаются трио. До сих пор остается загадкой, как столь немногочисленный состав вживую (!) создает многослойный, «толстый», псевдоэлектронный грув. Немного помог раскрыть завесу над тайной «Красной Рыбки» московский концерт группы в 2001 году.

 Рыбка в «Точке»

 Событие, произошедшее 22 июня 2001 года в старом клубе «Точка», что располагался на улице 1905 года, надолго запомнилось всем, кто на нем присутствовал. В те далекие времена московские промоутеры редко баловали публику концертами действующих звезд, по старинке предпочитая возить отработавших свое на Западе героев 80-х, поэтому каждое такое выступление было на вес золота. В огромном невентилируемом пространстве бывшего цеха собрался весь цвет тогдашней прогрессивной молодежи, обладателей стильных причесок, модных одежд и залежей CD, формата ныне безнадежно устаревшего. И у каждого из них было как минимум по три диска героев вечера – группы Red Snapper.

Вещь в себе

Участники трио The Thing (Швеция-Норвегия) в равной степени сгорают от любви и к фри-джазу, и к тяжелому року. По законам нормальной шведской семьи, им удается прекрасно уживаться и с тем, и с другим.

 Музыканты The Thing, как и все остальные скандинавы, любят фотографии со своими суровыми, обветренными лицами сверхкрупным планом. В наш век черного пиара и рекламы это абсолютно нормально – показывать, что называется, товар лицом можно и нужно. Надо сказать, что главное достоинство саксофониста Матса Густафссона, контрабасиста Ингебригта Флатена и ударника Паала Нильссен-Лава все-таки не во внешности, а в умении играть сногсшибательную по мощи и виртуозности музыку, от которой в восторге и закоренелые рокеры, и утонченные ценители авангардного джаза. Еще бы – The Thing не гнушаются делать кавера с композиций таких, казалось бы, разных музыкантов, как Led Zeppelin, PJ Harvey, The White Stripes с одной стороны, и Орнетта Коулмэна и Дона Черри с другой. Честно говоря, за стеной звука беспрерывно кующей горячее железо ритм-секции и особенно не признающего условностей, надрывного, с нотками нешуточной истерики баритон-саксофона, оригинал иногда бывает распознать довольно трудно. В собственных, столь же блестящих композициях, трио придерживается аналогичных принципов звукообразования.

 Главным и в первую очередь ответственным за саунд в The Thing считается Матс Густафссон. Он же – самый известный из троицы скандинавов, успел поиграть и с Питером Бретцманном, чье влияние слышно за версту, и с Sonic Youth, и лично с Джимом О’Рурком, и с Кеном Вандермарком, и с недавно гостившим в Москве Хамидом Дрейком, и даже с тувинкой Саинхо Намчылак. Всего же в активе у трио 6 дисков, из них два записаны вместе с ветераном фри-джаза Джо МакФи, а последний, Action Jazz (2006), вполне соответствует названию новоизобретенного группой стиля – «garage jazz».

 Павел Пересветов (c) Ваш Досуг

Новые и старые романсы о главном

 Один из самых удивительных и плодотворных дуэтов новой музыки – Леонид Федоров и Владимир Волков – создали очередной шедевр. Альбом «Романсы» официально выйдет в Москве 29 декабря – и в этот же день состоится концерт-презентация диска в ЦДХ. Во время выступления будут сыграны вещи с нового альбома, написанного на стихи поэтов Александра Введенского и Алексея Хвостенко, а также незабываемые песни из «золотой коллекции» Лёни Федорова.

 Шаги навстречу

 Пути этих двух незаурядных, талантливых и совершенно не похожих друг на друга личностей, изначально существовавших в диаметрально противоположных музыкальных областях, с парадоксальной неизбежностью пересеклись в той точке, за которой исчезла всякая принадлежность к какому-либо стилю или жанру, а осталось лишь естественное стремление создавать, творить, самовыражаться, не ограничивая себя никакими рамками. 

4 ноября в концертном зале «Мир» в рамках проекта «Рамадан-2007 – праздник без границ» состоится первое российское выступление знаменитого турецкого музыканта Омара Фарука Текбилека и его ансамбля.

Мусульманский праздник Рамадан отмечен в Москве рядом значимых музыкальных событий, самым ярким из которых станет организованный культурным центром ДОМ и продюсерским центром «Рух» приезд звезд жанра world music – Omar Faruk Tekbilek & his Ensemble. Коллектив, состоящий из виртуоза-гитариста Энтони Маззеллы, перкуссионистов Криса Вабича и Мурата Текбилека, клавишника Криса Россера и самого Маэстро, исполняет самобытную «мировую музыку» с сильным влиянием турецкого фольклора и суфийской традиции.

 Последний альбом Омара Фарука Текбилека Tree of Patience (2006) – 14-ый по счету и подводящий своего рода промежуточные итоги творческой биографии музыканта. Свой непростой и тернистый жизненный путь Фарук (так его называют друзья и коллеги) сравнивает с «Древом Терпения» - в борьбе со стихиями ветви дерева неутомимо тянутся к Свету, а корни крепко держатся за Землю. Фарук родился в 1951 году в Адане (Турция), и с самого детства начал параллельно изучать основы музыки и ислама. То, что в семье растет настоящий вундеркинд, стало понятно сразу – с 12 лет мальчик вовсю выступал в местных заведениях, а в 16 переехал в Стамбул. В это же время он делает важный для себя выбор, предпочтя карьере священнослужителя карьеру музыканта. В 20-летнем возрасте Фарук в составе фолк-группы посещает США, где знакомится со своей будущей женой. После службы в армии на Родине он переезжает в штат Нью-Йорк, где последующие годы буквально борется за выживание, совмещая ежедневную работу на фабрике с занятиями музыкой. Лишь в конце 80-х к нему начинает приходить настоящее признание публики и критиков, он постепенно находит свое звучание и набирает интернациональный состав музыкантов. Сам Фарук в совершенстве освоил такие традиционные турецкие инструменты, как баглама, най, зурна, дарбука, кроме того он прекрасный композитор и певец в суфийской традиции. За последние 20 лет Омар Фарук Текбилек выпустил более десятка альбомов, сотрудничал с такими музыкантами, как Дон Черри, Билл Ласвелл, Трилок Гурту, Йуссу Н’Дур и Офра Хаза, удостаивался наград BBC World Music Award, US Golden Belly и признавался Лучшим турецким музыкантом. Его концерт в Москве обещает стать одним из главных музыкальных событий года.

Павел Пересветов